* * *
Лист упадет на землю — сгинет
(Об этом разве он мечтал),
Но прежде чем земля остынет,
Зароет в глубь его металл.
Зачем тоска тебя тревожит?
О славе думаешь опять?
Но, знаешь, слава не поможет
У смерти даже час отнять.
Душа уйдет, душа забудет
Мирские бренные дела.
И не мирским судом осудят,
Определят — какой была.
* * *
Многих не жди ответов,
Ты для небес не знать.
Детское всё это –
Видеть и всё узнать.
И не спеши с осуждением
Ты оппонентом став.
По многим соображениям –
Кто осуждает – не прав.
У РЕКИ
Ночка-чаровница
К речке подошла.
Ночка-чаровница
Тишину нашла.
И как две подружки
Сели над рекой...
Ты не стукни клюшкой,
Дядька Непокой.
СНЕЖНЫЕ ЦВЕТЫ
Говорят, видели
Снежного человека.
Лохматого, небритого
Снежного человека.
Учёные люди твердят:
«Ерунда!
Такого не может
Быть никогда!»
В горах есть цветы
Необычного свойства.
Любимой набрать —
Сплошное геройство.
Возможно это
Влюблённый чудак
Их ищет
И не найдёт никак.
* * *
Нам дали жизнь — хоть не просили,
Мы дни пригоршнями носили.
А отберут — не спросят нас.
Все правильно. Все самый раз.
ЧЕЛОВЕК ЛЕЖАЛ НА ТРОТУАРЕ
Человек лежал на тротуаре,
Рядом перекрёсток, поворот.
Суетный субботний день в разгаре,
Дань покупкам отдаёт народ.
Молодые проходя шутили —
Шуточки как бритвы, как ножи:
«Пострадал папаша от бутыли —
Не дыша в нокауте лежит».
А какой-то дед, весьма солидный,
Сразу видно — полный эрудит,
Проворчал: «Всю совесть пропил видно –
И куда полиция глядит?»
Кто попроще — много не гуторил,
Просто отворачивал глаза...
Человек лежал на тротуаре,
От инфаркта умер час назад.
ДОЖДЬ НАД РЕКОЙ
Поливает, как из крана,
И попробуй успокой.
Целый час и беспрестанно —
Дождь (заботливый какой).
Муть в реке как в грязной луже,
И раскисли берега.
Для чего ей ливень нужен?
Чтобы заливать луга?
Есть места, где травы чахнут,
Сушь гуляет с ножиком...
Так и мы, довольно часто,
Служим речке дождиком.
* * *
Снова стекает вода по карнизу,
Хмурый апрель взял серую визу,
С тучи срываются капли и снег,
День запечалился, как человек.
Так же и в майские дни иногда
Крыши покрыты кристаллами льда.
* * *
И к славе можно привыкнуть
(Возьми-ка — других прочитай),
Стремились, и вот — поникли:
«Свободу предпочитай...»
Бокалу дано разбиться —
И эта правда проста.
А к славе зачем стремиться —
Поскольку она пуста.
* * *
Осень жжёт берёзку свечкой.
Ветер словно собачонка.
Почему же Чёрной речкой
Именуется речонка?
Набери воды в ладони,
Где же, где чернинки те?
Для чего тогда долдонят,
Булькают о черноте?
* * *
Очень скоро, очень скоро
От полыни с лебедой
Побреду я, как корова
На убой, на убой.
Будет солнце, будет дождик,
Будет радуга сиять:
Хорошо-то как, о Боже!
Благодать-то, благодать!
И никто не будет плакать
Надо мной, надо мной...
Хорошо-то как, однако,
Боже мой! Боже мой!
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Я жить хачу! - LeoniL Если девица молодая, Прикрыв свой стыд рукою, задумает сгубить дитя, Пусть помнит истину Творца,- ЗАГУБЛЕНА ДУША ДВОЙНОЙ ОТКЛИКНЕТСЯ БЕДОЮ..
Гефсимания - Вадим Сафонов У каждого своя Гефсимания.
На этой неделе в ленте промелькнула очередная дата присвоения Нобелевской премии по литературе Борису Пастернаку. От последней, из-за чудовищного давления советской машины, он отказался. Одним из самых знаменитых его произведений является роман \"Доктор Живаго\", о судьбе русской интеллигенции начала 20 века.
Будучи также поэтом, он включил в роман цикл стихов. Самым знаменитым стало \"Гамлет\", которое декламировали многие знаменитые советские актеры 2-ой половины XX века. То самое, в котором \"жизнь прожить - не поле перейти\".
Но меня зацепила другая цитата:\"Если только можно, Авва Отче, чашу эту мимо пронеси\". Эта фраза из молитвы Иисуса Христа в Гефсиманском саду. Это были последние часы, когда Иисус, будучи на свободе, мог предотвратить арест и казнь. И в этот момент он как никогда был близко к нам, обычным людям, находящимся в стрессовых ситуациях. Сотни и тысячи лет после тех драматических событий в Иудее, мы, понимая неотвратимость ужасного, поднимаем глаза к небу и говорим\"да минует меня чаша сия\".
Несколько дней я находился под впечатлением переживаний нет, не собирательного образа Гамлета, или Юрия Живаго, или самого Бориса Пастернака, затравленного после той злополучной Нобелевки. А пронзительного стенания Сына Божия, в котором сплелись переживания всех людей, стоящих перед пропастью.
Сохранен размер и рифма \"Гамлета\" Бориса Пастернака, присутсвуют некоторые аналогии.
